1809: кровь не горит

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » 1809: кровь не горит » Архив принятых анкет » Полукровка, игрок и смутьян


Полукровка, игрок и смутьян

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

Часть I

Имя персонажа: Каэтано-Вильгельм вон Фаррадо.
На имперский манер его имя "коверкают" до краткой формы - Кай, на что юноша вполне терпимо реагирует.
Возраст: 18 лет
Титул: виконт
Специализация, курс: Инфантерия, 5-й курс
Способности: великолепный стрелок, картежник и шулер. Мастак жульничать в любой азартной игре. Хорошо играет на гитаре и является обладателем приятного контр-тенора.
Имущество: вороной жеребец-четырехлетка сетнайской упряжной породы по кличке Бланко.
Гитара из колвейнской вишни.
Пара наборов игральных карт и костей.

Часть II

Внешность:
- Рост:  178 см
- Телосложение: атлетическое
- Цвет глаз: серо-зелёный
- Цвет волос: брюнет
- Цвет кожи: смуглый
- Особые приметы: длинная, до середины спины, коса.
Рваный шрам на левом запястье – последствие стычки в подворотне с одним проигравшим соперником.
- Общее описание: Джонатан Риз Майерс

Характер:
- Тип темперамента: холерик
- Любит: запах пороха, стрелять, играть в карты и дразнить людей.
Вызывать к себе эмоции.
Побеждать.
Выезды за город, охоту.
Играть на гитаре и петь.
Историю Империи и Колвейна.
Колвейнский язык, особенно ругаться на нём.
Танцевать, чем зажигательнее музыка, тем лучше, знает все танцы "для простого люда"
- Не любит: оскорблений в свою сторону не переносит, тут же «взвиваясь».
Ненавидит, когда на него смотрят свысока и указывают на невысокий рост.
Аллергия на мёд и прочие сладости, следовательно, не любит их.
Холодную дождливую, а так же туманную погоду на дух не переносит.
- Фобии: новых потерь близких людей.
Сгореть при пожаре.
- Общее описание: Взрывной и шебутной юноша. Любитель пошутить, по-злому подразнить окружающих, демонстративно не скрывающий своего происхождения, иной раз гораздый ввернуть парочку крепких словечек на колвенийском. Подросток, мечущийся между желаниями доказать всему миру, что он достоин его любви или достоин стать соперником всем на свете. Задиристый и нетерпеливый, любящий мерить шагами комнаты, крутить что-то в руках, швыряющийся предметами, коль пребывает в дурном расположении духа. Трепетно относящийся к близким людям и памяти о семье, пусть от нее всего ничего не осталось. Не смотря на обиду на мать, часто шлет ей и сестре письма, всегда ждет ответов.
С девицами знаком не понаслышке (обретался-то не в самых изысканных кругах лет с пятнадцати, благодаря стараниям "дядюшки"), а потому лишен малейшего смущения в вопросах полов. Впрочем, живя в одном особняке с Лоренцом фон Мертеном, научился спокойно и философски относится и к отношениям с представителями своего пола (нет, сам в этих «играх» не участвуя и не изъявляя желания – мог и в рожу зазвездить за предложение чего-то эдакого, но не осуждая опекуна, впрочем Лоренц объяснял свои наклонности банальнейшим желанием получить от жизни побольше удовольствий).
Абсолютно не романтик, чихать хотевший на томные вздохи и сонеты о любви, при всем своем уважении к старинным балладам и игре на гитаре. Любит быть в центре внимания и оказываться «на коне» в любой из ситуаций. Ведется «на слабо» и охотно бывает в каждой бочке затычкой, при этом – умеет и соломки постелить, и сделать так, чтобы волки остались сыты, а овцы – целы.
Фаталист, не сомневается в существовании проклятия рода вон Фаррадо; уверенный, что не доживет до тридцати пяти лет, а потому не намерен сидеть на месте и бояться Судьбы – смело принимает все вызовы. Суеверен, как все игроки.
Привык обретаться в компании мужчин постарше, а потому к своим погодкам относится с изрядной долей веселого покровительственного тона. Друзей никогда не имел, а потому разрывается между желаниями быть один (так проще и привычнее) или же протянуть кому-то руку
Привык платить по счетам и ненавидит, когда кто-то считает его бесполезным или недооценивает – из кожи вон вылезет, лишь бы доказать, что хорош.
С репетиторами и учителями всегда стремился сократить границу до весело-дружеского отношения. К женщинам, в целом, относится с подозрением – до сих пор не простил матери того, что она вышла замуж второй раз.
Умеет вести счет деньгам и не сорить ими, и быстро и цепко реагировать на изменяющиеся обстоятельства.
В целом, не смотря на то, что мир не относился к юноше с любовью, приемлет достаточно благородную линию поведения и не подлый по своей натуре. Не любит подлость и двуличность в других, хотя опекун пытался втолковать, что надо быть волком, иначе другие сожрут.

Биография:
- Дата рождения: 13-е февраля 1791-го года
- Родители: Вильгельм-Эрвин вон Фаррадо,  Лаура-Мария вон Фаррадо, в девичестве - де Вьерра, после второго замужества – дер Тайенн
- Образование, полученное до академии: домашнее обучение с репетиторами
- Общая информация:
Наследники дворян, обычно, не отягощены бременем мыслей о том как прожить в условиях постоянной нехватки денег. Обычно, но не в этом случае.
Род вон Фаррадо, прославившийся в прошлом, попал под моррово проклятие, как говаривали злые языки: каждый из старших сыновей не доживал до тридцати пяти лет; к тому же, продолжая служить Империи,  мужчины не могли снискать выгоды и богатств. Отец Каэтано – единственный наследник рода, исправно служил в императорском эскадроне. Во дворце, во время одного из приемов, встретил свою будущую жену – дочь помощника посла Колвейна - Лауру де Вьерра. На пылкую страсть и скорую помолвку родители, с обеих сторон, смотрели без особого восторга, но если род вон Фаррадо принял невестку, то де Вьерра отказались от негодной дочери, «сбежавшей к чужаку и сыну бывших врагов».
Вскоре у молодой четы родился наследник, а Вильгельму приходилось все чаще и чаще разрываться между служением императору и молодой супругой, ревниво относящейся к невниманию к себе, и сыном. Когда Лаура забеременела второй раз, ее нрав вконец испортился, и лейтенант императорского эскадрона почти сбежал на службу, стараясь не попадаться не такой уж кроткой и милой жене на глаза, задаривая ее подарками, пытаясь задобрить, от случая к случаю. Сыну в этот момент было уже четыре года, а отец не появлялся дома, бытуя если не на службе, то в игорных домах, профукивая дичайшие деньги, но, как все вон Фаррадо, надеющийся на удачу… которая не была к нему благосклонна.
Каэтано потерял отца, едва мальчику исполнилось пять лет – Лаура только разродилась младшей сестричкой, а Вильгельм закрыл собой императора, во время сорвавшегося покушения на царедворца.
Конечно же, молодой вдове щедро назначили монет на довольствие, но колвенийка, которой едва исполнилось двадцать шесть, с двумя малолетними детьми на руках, без родственников, в чужой стране, оказалась в тяжелом положении – вскоре после похорон в дом начали приходить кредиторы – Вильгельм был  игроком безблагодатным и заигравшимся.
Вдова вон Фаррадо исправно выплачивала все долги, но, казалось, они только появляются и появляются – свекровь колвенийки, к тому времени похоронив мужа и не оправившись после потери единственного сына, ушла в монастырь и молодая госпожа осталась совсем одна, при недобрых соседях, совсем не пылающих радостью по поводу чужачки-дворянки. Если бы все беды были лишь в соседях – крестьяне не воспылали любовью к новой хозяйке поместья, да и не все слуги любили женщину, из-за которой хозяин так редко приезжал домой.
Когда Каю было десять лет, запылали хозяйские постройки в поместье. В панике собрав детей и, в окружении своей служанки и пары верных слуг, Лаура сбежала в столичный особняк и приняла решение продавать родовое гнездо вон Фаррадо. И именно в этот год Каэтано, наконец-то, получил то, чего не хватало подрастающему шебутному мальчишке – мужчину-воспитателя, которым оказался дальний родственник отца, который и выкупил поместье, позволив колвенийке и детям Вильгельма рассчитывать на почти безбедную жизнь в столице. Этого человека зовут Лоренц фон Мертен.
Лоренц взял к себе на воспитание «племянника» (Лаура не сильно возражала, озабоченная воспитанием дочери и тяготами жизни молодой дворянки в столице), став его опекуном. Вскоре, заметив, что мальчишка растет любознательным, очень прытким и сообразительным, а так же узнав историю отца Кая, фон Мертен долго смеялся, а потом решил, что пора немного отомстить Судьбе. «Дядюшка» стал учить мальчишку играть в карты и кости, конечно, не в ущерб основным занятиям, полагающихся юному дворянину, но в изрядном количестве.
Каэтано был рад жить у фон Мертена, только скучал по матери, которая слишком редко навещала сына, занятая обустройством собственной жизни. Это заставляло мальчика долго ходить хмурым, особенно когда в ответ на его детские записки, отправляемые со слугами в особняк вон Фаррадо, приходили краткие отписки: "Прости, милый мой, но я занята. Давай я навещу тебя на следующей неделе? Не скучай. Целую. Мама."
Следующим ударом от судьбы стало отношение к колвейнцу-полукровке в обществе. Кай знал, что его матери приходится тяжело, но сам столкнулся с нелюбовью к себе лишь живя у Лоренца – дворяне, которые приходили в гости к фон Мертену, не раз обзывали мальчишку «колвейнским отродьем» и «ублюдком», естественно, не при хозяине дома.
Однажды, застав мальчишку едва не в слезах, фон Мертен легко понял в чем дело (как потом оказалось – просто прочел мысли).
«Юноша, Вы – колвениец наполовину, а то и на бОльшую часть души, и с этим ничего не поделать. Вы можете срезать свою косу, измазаться белилами и пудрой, подавлять ваш нрав, но это не изменит того факта – кто Вы есть по праву крови. И чем дальше прятаться, тем больнее станет однажды, если жить не собой. Если мир отворачивается от Вас, сделайте все возможное, чтобы он смотрел Вам в лицо, даже с ненавистью. Истории не нужны сдавшиеся и потерянные. Воюйте. Против мира и своих слабостей.» Этот разговор сильно повлиял на Каэтано, который, правда, решил, что раз мир плюет ему в лицо, то, почему бы, не попробовать плюнуть в ответ - авось противник захлебнется.
На одиннадцатые именины юный вон Фаррадо получил от опекуна набор пистолетов и к списку ежедневных занятий добавились часы с выписанным учителем стрельбы. Как оказалось – не зря: у мальчишки оказался несомненный талант к обращению с огнестрельным оружием.
Обучение на дому, редкие выезды в особняк матери, к ней и сестричке, - не плохо, как для полусироты. Кай очень сильно привязался к Лоренцу, хотя тот часто дневал и ночевал во дворце, как медиум Императора. Иногда опекун брал подростка с собой в фамильное имение фон Мертенов. И тогда мальчишка имел возможность познакомиться с самим советником Императора – Хайдингом фон Мертен. Так у Кая почти-что появился «дедушка», впрочем, скорее - еще один учитель, втолковывающий неспокойному «колвейнцу» азы дипломатии и правила интриг.
В пятнадцать лет юноша был неприятно поражен известием от матери – она выходила второй раз замуж. Это было почти предательством. Лаура, и так уделявшая мало внимания сыну, окончательно покидала его, с новым супругом и младшей дочерью уезжая в Эрлхоф. И Кай оставался один – на него свалилось поместье в столице, которое следовало поддерживать на должном уровне, слуги и одиночество. Из близких людей у него был лишь опекун и домоправитель Витольд, который не уехал с вышедшей во второй раз замуж хозяйкой, а остался верен дому вон Фаррадо. Тут еще Лоренц решил, что пора мальчишке становиться самостоятельным и не повторять ошибки Вильгельма вон Фаррадо – уметь вести счет деньгам и наказывать дураков, никого не жалея: фон Мертен познакомил молодого дворянина с теневым миром, где в карты и кости играли, иногда, и на жизнь. Впрочем, его опекун тоже был игроком, но предпочитал пари и дуэли.
И события понеслись вскачь: слишком ярко и слишком, по-злому, весело, как для подростка.
Дела шли не плохо, вон Фаррадо к своим семнадцати годам уже нажил славу любимчика Фортуны и парочку врагов. А так же милую привычку никогда не расставаться с пистолетами, впрочем, любовь к огнестрельному оружию вылилась почти в одержимость – юноша каждый день по три-четыре часа посвящал излюбленному занятию, а соседи упражнялись в злословии, считая виконта Морровым отродьем, не дающим им спокойно жить и не допускающим тишины на улице. Впрочем, полуколвейнец уже настолько привык к не-любви к нему, что ему даже нравилось «дразнить гусей».
Когда разразилась новая война с Колвейном, конечно же, отношение к Каэтано, мозолившим глаз половине столицы, со стороны общества окончательно стало плохим, лишь покровительство рода фон Мертен немного холодило излишне горячие головы. Вон Фаррадо, в свою очередь, пусть и считал себя почти-колвейнцем, не одобрял творимого сородичами своей матери и оставался верен Империи, даже получив один раз «выгодное предложение» от колвейнского шпиона, не преминув обо всем поспешить рассказать советнику Императора.
В том, что впереди его ждет карьера военного, юноша не сомневался и иной судьбы не искал. Правда, денег на обучение пришлось подкопить, в пух и прах, шельмуя, обдирая дворян и богатеньких простолюдинов, ведь опекун, следуя своему правилу «не тащить на своем горбу других к их счастью», помогал лишь советами, ну и собрать документы в академию, где сам работал уже год.
И вот, в последнюю декаду сентября, Каэтано отправился в дорогу, став одним из дворян, едва ли не под охраной (времена-то неспокойные) отправляемых в окрестности Карби.

Часть III

Связь:

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

Откуда узнали про проект: помогал его создавать.
Пробный пост:

0

2

http://5.firepic.org/5/images/2014-10/01/yz90vulzswqz.png
Добро пожаловать!
Отпишитесь в разборе полетов для выяснения отношений с другими персонажами, в теме распределения по комнатам, создайте тему с визиткой, после чего заполните профиль.
Приятной  игры!

0


Вы здесь » 1809: кровь не горит » Архив принятых анкет » Полукровка, игрок и смутьян